Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

china

АРФА БРИТАНИИ, ФЛЕЙТА КИТАЯ

Приключенческий исторический роман в виде блога (оригинально, правда?)
Рассказ о событиях, которые произошли или вполне могли произойти в середине V века н.э., в грозную эпоху Переселения народов, когда рухнули три великих царства — Китайская империя, Римская империя и царство великих и ужасных гуннов, когда одни народы исчезли, словно и не были, а другие возникли и создали мир, в котором мы живем...

Аланы на переправе.jpg
Заканчивается действие битвой при Каталаунских полях, 451 год, Франция.
Главная сюжетная линия — любовь сына короля Артура и дочери китайской принцессы.
Среди героев — Мерлин и Фея-вопрошательница, Аттила и Аэций, Пещерный медведь и другие звери, герои-воители разных племен и народов, мудрецы и поэты, ханы и цари...
В отступлениях автор рассказывает о себе, о своих родственниках и знакомых, о погоде и обо всем вообще (как Пушкин в Евгении Онегине).

Часть первая. Оглавление. Книги 1 - 8, 25 января 2013 - 13 окт. 2015
Collapse )

Оглавление. Часть вторая
Книги 9 - 15 окт 2015 - июль 2017
china

вот такое кино

Прогулка длиной в полчаса, туда и обратно.

Довольно редкая у нас, очень, очень плакучая ива. Тут же вспоминается китайская поэзия, как без нее: и вот она срывает ветку ивы / и отсылает - мысленно... бойцу на дальнем пограничье. Ива росла перед каждым деревенским домом, для хозяйственных надобностей: корзинки, ограды, двери, всякое такое. В ствол вбивали колышки, вешать всякое барахло. Ивы могли быть разных пород, чтобы сразу видеть: своя, родимая!
Общее место, символ. Когда семья переезжала, ветку ивы срезали и брали с собой, чтобы укоренить на новом месте.
Collapse )

А это кругом, на каждом шагу.
china

вот такое кино

Случайно на ноже карманном
Найди пылинку дальних стран...


Читаю потрясающего, обалденного, гениального американского фантаста, о котором раньше даже не слышала. В роскошной престижной серии Азбуки "Наша добрая старая американская...", да нет, просто "Мир Фантастики".
Р.А.Лафферти, писал в те же годы, что все главные, в 60-е.
Рассказы короткие, на пару-тройку страниц, а к ним предисловия (иногда еще и послесловия) видных писателей, такого же размера. Каждый пишет, как он прочел один рассказ и сразу затащился, и с тех пор преклоняется перед языком и фантазией Лафферти.
Нет, вру, мы читали один рассказик в сборнике, он правда был ни на что не похож, очень славный был рассказик.

Он правда "писатель для писателей", но и читателя увлекает. Только уж очень, как бы сказать, концентрированный. Крепкий. Много сразу лучше не надо.
И вот вчера, "дойдя до середины", я решила остановиться на относительно большой вещи, в ней несколько глав, в каждой пародируется сериал немого кино, видимо реально бывший. Первый, самый крутой - "Злоключения Пейшнс, или дьявольская погоня". И сноска, что здесь отсылка к сериалу "Опасные похождения Полины" с Перл Уайт в главной роли. Дочку миллиардера преследует шайка злодеев, помещая в заключение и угрожая убить самым замысловатым способом.

И вспомнилась любимая песня нашей группы или курса:
Однажды юную красотку
Бандиты утащили в лес
Они ей руки завязали
А сами пить пошли в кабак.
Но ей темница не страшна,
Живет превесело она!

А на утро она уж улыбалась
Под окошком своим, как всегда
И рука ее нежно изливалась,
И из лейки ее текла вода!

дальше еще лучше:
Collapse )

Лафферти замечательно изображает гротескных злодеев, Бальзамировщика, Работорговца, Пантеру, сцену дуэли локомотивов в грозовую ночь в грузовом порту, а яндекс сообщает, что Перл Уайт - звезда мирового кино, актриса-каскадер... Кино явно поразило запомнилось. Потому что первоисточником нашей кричалки была кафешантанная песенка - кто-то из старших, когда-то, пропел куплет, он звучал иначе, типа "а поутру она уж вновь улыбалась...", и рассказал про фильм.

Вот такие попадаются иногда пустейшие пустяковины.
china

вот такое кино

ВОЗВРАЩАЙСЯ, НАШ ЛАСКОВЫЙ МИША...

Совершенно не согласна с умилением, которое вызывает фильм о достойной благородной старости Горбачева. Да, "в России надо жить долго", а еще лучше за границей. Кина этого смотреть не будем, в те времена мы смотрели телевизор, видели М.С. в поездках, в общении с народом - видели насквозь лживого человека - каким еще мог быть коммунист такого уровня? Говорить-то он мог не хуже Никиты, даже лучше, по принципу "ты говорил тут битый час, а рассказал ни то, ни сё". Удивительное это у него было свойство - все слова понятные, а что он сказал-то?
Да, и еще жену любил.
И вообще на Черчилля похож, у-ти-пусенька!
Танки в Вильнюсе, Рижский ОМОН и ужас Тбилиси никто и не вспомнит, а Лукашенко за меньшее, между прочим, попрекают, не странно?

В фильме Сокурова император, говорят, тихий такой, просветленный старец... американцы правда собирались расстрелять всю войну вообще и зверства в Китае в частности, но решили, что нецелесообразно. Вот и ходит, излучает... В Японии надо жить долго!

А на последок (в утешение) я скажу, что поместила на
новый сайт вторую книгу про Мерлина и компанию! Наз. кн 2 Арфа Британии. Что-то роман не летит стремительно к концу. Уж я сокращаю, сокращаю...
china

вот такое кино...

Продолжение рассказа дворника Степана, который оказался подручным белогвардейца

— Точно, тянет иногда про это поговорить, — соглашается Степан. — Тылы охраняли мы тут, без толку, с прежним Василь Платонычем, без оружия. А тут взрыв на станции, диверсанты взорвали эшелон... новобранцы, себя не помня, разбежались. По лесам, по дорогам, по деревням толпы бродят: кто тут ополченец, кто заблудился, кто дезертир, кто насчет пограбить... Тут командир и явился: набрал взвод из новобранцев с эшелона, оружие получил на пункте, где нам, ополченцам, должны были выдать, а его никогда не было... Платоныча призвал и меня с ним. И повел нас сюда, на склады, карта у него была. У него всегда было все... И накрыли мы банду диверсантов: немцы у них были главные, два, по русски говорили, и уголовники. И рация была. Ну, положили их... наверно, он всех и положил, новобранцы наши оружия боялись. Пулеметчика прикованного нашли тут, помните? Это командир... немца-радиста усадил и велел стучать, что скажет, и ответы слушал. Сказал, если там догадаются, то... ну уж не знаю что, куда еще. Так вот и узнавал, что фрицы собираются делать. Мы-то все думали, что у нас тут красноармеец офицер командует!
Тут еще продовольствие на складе хранилось. Мы ворота взорвали, муки унесли, консервов... оружие немецкое забрали. Остановили товарняк — приказ, дескать, погрузились и кругом Москвы поехали — немца встречать, сражаться. Новобранцев, кто хотел, сам довел до комендатуры, сказал, что говорить. Четверо с нами поехали. Сибиряки... он тогда и сказал уже, в чем дело. Вскорости умер Василь Платоныч, воспаление легких.
Так мы и воевали. Сперва на подступах к Москве, потом дальше двинули. Отряд наш менялся — только самые отчаянные оставались, они же и выживали чаще. Эх, как мы у Доватора воевали! С конем война настоящая... я-то из деревни, лошадь так и так знаю, а какой был кавалерист командир наш... эх!
Ладно, Гурген Сарбазович, я уж вам скажу. Командир не велел, да дело так повернуло... я сюда пришел спрятать кое что. Книгу пришел спрятать. Вы сказали тогда, что ему бы книгу написать; а он ее уже и написал. Она в магазине хранилась, а что теперь с магазином будет?

— Вот что, — решительно говорит ботаник, — дайте вашу книгу мне, я спрячу. Вы мне уже и так много доверили.
— Книга-то особая, — сторож произносит слово «книга» благоговейно, — с виду куча макулатуры. Он так ее и писал, на вырванных листочках, на старых письмах, на обертках, на счетах. Разными чернилами, карандашами, почерк менял, и все перепутал. Никто и не догадается, что тут все про одно.
— Тем более. Вся наша научная затея началась с того, что надо было прочесть целую тетрадь, написанную закорючками и на неизвестном языке. И прочли, и теперь ракету строят. Ваши... обрывки я обозначу в реестре документов проекта; там и так полно всякой научной чертовщины, никто и смотреть не станет, и я не буду, пока не скажете. Или пока... вы же знаете, друг, что может с человеком случиться, в нашем-то возрасте...
Степан колеблется — и вдруг протягивает мешок. — Командир разрешил бы...

Такие дела. Настоящее имя героя и его дальнейшая судьба раскроются позже, это я еще не дописала. Герой есть, ему нужен антагонист, злодей. Причем по законам жанра злодей не должен откуда-то из прошлого внезапно свалиться. Он уже есть, и тоже появится в конце.
china

вот такое кино...

Вы хочете сакур? Их есть у меня!
Лично Собянин или префект восточного округа


Это дорога не в Йосивару, а к знаменитому храму Ильи Пророка в Черкизово.
Объяснение приходит в голову только одно: кто-то приобрел отслужившие декорации чьего-то нацпраздника (за самовывоз) и толкнул за хорошие деньги городскому бюджету. Страшно подумать, сколько стоит одна штука.
Судя по всему, ночью они будут светиться.
Когда-то к первомаю готовили бумажные цветы и прикрепляли к веткам тополей, заранее нарезанных и распустившихся. Вполне безобидно.
Что означает ЭТО, страшно даже гадать. М.б., венки павшим воинам?
china

вот такое кино...

Продолжение


Помолвка, или знакомство, или обручение – словом, все было чудесно. Все друг друга немножко стеснялись. Владимир Юрковский (тоже когда-то блистал в школьной самодеятельности) так играл роль светского кавалера, чуть нагловатого, чуть пошловатого, что все почувствовали себя немножко на сцене, но игра почти сразу растворилась в такой сердечности, в таком искреннем интересе, что пародия перешла в азартное дружеское подкалывание. Юрковский приглашал Зою на танго и вальс, наливал ей Твиши и коньяк. Невеста, в синем шелковом в горошек платье, стройненькая, чуть полненькая, с тяжелым узлом волос, была очень мила. Усаживая даму за стол после танца, инженер почти грозно потребовал у ботаника ответа, как это ему удалось очаровать такую красавицу? Асланян смутился по-настоящему, но Зоя ответила немножко томно: «он рассказывал мне про самые красивые цветы семейства бобо-овых...», и улыбнулась, и на левой щеке у нее появилась ямочка. И сразу стала совсем своей...
Удивительно, рядом с дамами, которые танцевали и сидели за столиками, лесная гостья не казалась какой-то провинциальной, довоенной, допотопной. Некоторые дамы на нее украдкой поглядывали. Ученый этого не заметил; зато правильно понял Юрковский.

— Учитель, — произнес он почти строго, — вы, надеюсь, знаете, что на нашей прекрасной даме — туалет от великого парижского модельера Диора?
— Кто же не знает старика Диора, — небрежно ответил Асланян.
Правда, по дороге домой — Юрковский, не спрашивая, усадил их в такси и что-то сунул водителю, — профессор все-таки спросил Зою, что такое особенное с ее платьем?
— Бабушка мне его сшила на защиту, она у нас главная швея, ее соседка тоже шьет, у нее заказчицы актрисы, и жены всяких... они за границей бывают, у соседки всегда последние модные журналы, хоть немецкие, но все-таки... это новая мода, новый «стиль Диора», он его придумал после войны. Такой... женственный. Широкая юбка и...
Ну разумеется, речь идет о знаменитой «мадам Шадриной-Кошке», про нее и в «Детях Арбата» есть, и в нашей книге «Маркса-Энгельса 8».
china

вот такое кино...

Во втором издании "Приключений Карика и Вали" слегка расширена, или усилена, линия скромного романа Гургена Сарбазовича с молодой сотрудницей биостанции, Зоей (вот и встретились два одиночества). Сентименты сюда вытаскивать не будем. Но вот Асланян решает поделиться семейными планами с друзьями, Дауге и Юрковским. Они встречаются в центре Москвы, на Тверской.


На самом деле нельзя быть уверенным, что ракетчики из группы Королева могут свободно гулять по Москве. Но допустим. Они побродили по бульвару, ботаник объявил им новость и обещал познакомить с невестой. Позже, на работе, друзья разговаривают:
— Слышь, Ёж...
Дауге оборачивается. Ёж — это он: Иоганн, Йоханн, Ёхан, Ёж. Владимир Юрковский, соответственно, не Вовка, не Вован, он Юрик, Юрок.
— У меня такое странное предчувствие, где-то под коленкой...
— Да?
— Что наш Профессор задумал представить нас своей избраннице в ближайшие дни.
— Похудел он...
— Да уж. Вот ты где бы знакомил друзей с невестой, или с новобрачной тем более? Если своего дома нет? В ресторане, да?
— Наверно. Не думал как-то.
— А есть у него для этого, э-э... возможность? Средства, бумажные такие?
— Ты предлагаешь стратегию упреждающего маневра?
— Точно. И немедленно.
— Да, но как мы его известим? Звонить ему в общежитие, где у них там? Проезд Соломенной сторожки?
— Телеграмму пошлем.

Вечером дежурный по этажу (или вахтер) вручает вернувшемуся домой Асланяну телеграмму:
связи возможным отъездом предлагаем встречу национале пятницу субботу воскресенье выбор ваш 8 вечера супругой д ю
С вахты Гурген Сарбазович звонит Дауге, договаривается о встрече у метро. Завтра у него лекция в 12, оттуда он поедет на биостанцию. Зоя сообщит близким сотрудникам, что она невеста, и никто не удивится, что он приезжает так часто, а потом — в свою лабораторию, к ребятам, полдня и еще двое суток...

Продолжение следует.
china

вот такое кино...

Тема послевоенной жизни слегка прирастает эпизодами, отчасти из воспоминаний про дом 8 на М.-Э., реалиями, именами. Развивается тихий роман героя с молодой сотрудницей биостанции.

Так вот, перед концом рабочего дня в здании лаборатории (в «конторе») появляется профессор Асланян. На биостанции оживление, туда-сюда ходят мужчины, одетые по-охотничьи. Одни вернулись, другие собираются. У кого-то фотоаппарат. Ну как же. У лосей гон. Надо наблюдать. Погода отличная.
В рабочем кабинете Зоя Викторовна и младший зоолог Марфа Зиновьевна (славная старушка) заканчивают работу, готовятся к завтрашней. Лаборантка поливает цветы.
— Милые дамы, — торжественно провозглашает Гурген Сарбазович, — смею ли я пригласить вас выпить со мной чаю? (боже, как я смешон, думает он при этом). В одной руке у него старый, плотно набитый портфель, в другой — картонная коробочка. Пирожные из Столешникова.

В лаборатории ставят чайник на плитку, освобождают письменный стол — достают вышитую салфетку! и чашки. «Чайник новый, чай бордовый...» — напевает лаборантка. Сдвигают стулья. Зоя закрывает и откладывает журнал с нарисованными на обложке странными, очень длинными женщинами.
— Расскажите нам что-нибудь про бобовые, Гурген Сарбазович, — лукаво подначивает Марфа Зиновьевна.
— Пожалуйста! — весело соглашается ботаник. — А что это за картинки у вас, Зоя Викторовна?
— Вам интересно? Это модный журнал, немецкий. Хотите посмотреть, какие за границей красивые женщины?
Зоя протягивает ученому тонкий потертый журнал, улыбаясь заранее. Тот слегка подыгрывает женщинам, готовым позабавиться: рассеянный профессор и женская мода...
— Они здесь довольно странные. Очень уж высокие.
Женщины, конечно, смеются.


Collapse )