gern_babushka13 (gern_babushka13) wrote,
gern_babushka13
gern_babushka13

Categories:

ВСЕ В ПРОШЛОМ

По просьбе друзей.
С Наташей Горбаневской я встретилась году в 56-57 в Литобъединении МГУ. (Ну и бодягу же писали студенты!). С какого-то времени она стала часто бывать у нас дома. Очень уж мы удобно жили, на полпути от Ленинки к Пушкинскому музею, а она работала в книжной палате, в квартале от нас. Алик Гинзбург тоже жил близко. У нас была большая комната в коммуналке, постоянно кто-нб заходил поболтать, попить чайку, покурить на просторной мраморной лестнице. Наташа приводила новых знакомых, часто занятных людей. Приносила стихи, перепечатанные или переписанные от руки – Цветаеву, Мандельштама, Заболоцкого. Да что там, она меня фактически замуж выдала. (Развелась я потом самостоятельно).
Общественная жизнь Н.Г. подробно описана, стоит заглянуть в Вики, стихи её, «Полдень», выступления, заявления, некролог – всё есть. В этой деятельности я не принимала участия. Ах нет, один случай был.
Зимой 69 года Галя Корнилова, лучшая Наташина подруга, и я по командировке журнала «Пионер» отправились в Вильнюс. Кажется, надвигался какой-то ленинский юбилей (снесли-таки статуй, раздолбали, молодцы киевляне! Надо было и нам тогда железного человека раскурочить, подумаешь, Мухина – не Роден же). Так журнал, измученный календарными датами, придумал поместить школьные сочинения из разных республик, и нам достался Вильнюс, потому что Гале туда нужно было по семейным делам Натальи Трауберг. Кажется, я с ней тогда не была знакома, а потом мы очень дружили. Заодно Горбаневская поручила нам передать конфидециально письма её конспиративным друзьям, они там где-то полулегально снимали комнату.
Здесь у меня какая-то путаница. Кажется, мы не сразу вселились в гостиницу, а заехали сначала к В.Чепайтису, мужу Н.Трауберг, они тогда расставались, с этим и была связана Галина поездка, она с Вергилием тоже дружила. А путаница, потому что я не помню, почему мы искали конспиративную квартиру с чемоданом. Адрес был на конверте, Вергилий нам сказал, где эта улица, мы и решили, видимо, сначала покончить с поручением. Вильнюс город маленький. Но старинный! Был уже вечер. Эту крошечную улицу мы прошли из конца в конец раз пять, встретили за это время человек пять, не больше, и каждого спросили, где этот дом. Улица оказалась односторонняя, на каком-то обрыве, а дом нашёлся во дворе, уже в полной темноте мы методом тыка обнаружили вход, похожий на дощатую пристройку, высчитали, какой этаж может быть примерно третьим, а номер на двери к счастью оказался выпуклым. Так что нам открыл немного испуганный молодой человек – он наверно давно прислушивался, кто там шепчется и топчется на лестнице – и спросил, не видел ли нас кто-нб на улице.
В Вильнюсе мы жили роскошно. Командировки мы отмечали в горкоме комсомола, и к нам приставили гида. Гид показал нам, где жил Ленин (деньги у Бунда приезжал занимать, объяснили друзья-литовцы) и по нашей просьбе собор Петра и Павла, с пышной барочной лепниной. Меня заинтересовал один незнакомый сюжет: пухлый господин, умильно сложив ручки, сидит в глубоком тазу, а другой поливает его из ковшика. Гид явно смутился, глазки отвел. «Понимаете, там была одна женщина… гм… она была… э… шалунья. Её звали Магдалина…» Потом уже случайно выяснилось, что это Мученичество Иоанна Богослова.
Дальше мы очень славно прожили несколько дней, ходили в гости, приглашали к себе местную литературную элиту. Да, один вопрос возник: у нас что-то в это время сделали с Солженицыным, и наши литераторы подписывали что-то. Галя спросила эту самую элиту. – Это ваши русские дела, - надменно ответили нам. Настроения, с которыми потом выставили «балтийскую цепь», вполне были сформированы.
По своим Пионерским делам мы посетили школу одаренных детей, для которой педагоги летом ездили по деревням и поселкам, собирали ребят в классы балета, музыки, живописи. Нам страшно понравился директор школы. Он подарил нам по их значку – большая редкость, только для особо почётных посетителей. Галя свой приколола к пальто, я – к жакету или кофте. На другой день я ушла в другой кофте. Мы прошлялись весь день, возвращаемся, Галя останавливается в дверях: «У нас был обыск». Я бы не заметила. Но значок с моей одёжки пропал. Какой-то коллекционер поживился.
Обратно мы летели на самолёте, с нами был Том, сын Трауберг, сколько ему было? 7-8? А я ужасно боялась летать. Мы приземлились, Галя сказала весело: видишь, и ни разу не упали!
В аэропорту нас встретила Трауберг и сказала, что Горбаневскую взяли. (пишу подробно ещё и для Марии Чепайтис).
Иногда в последнее время у меня возникала мысль спросить Наташу, что сталось с этими ребятами. Но мысль забывалась, а вот уже и спросить некого.

Другой эпизод гораздо более ранний, и тоже Наташи Горбаневской только касается.
Один старый друг предложил рассказать «Про ее влюбчивость (не только в мужиков) в людей, как она жила своими чувствами…»
Ну, раз просят… она постоянно была влюблена, часто совершенно бескорыстно, в талантливых людей – в Беллу Ахмадуллину, в Андрея Вознесенского, и сразу начинала рекламировать их стихи, устраивать чтения. Она была маленький напористый бульдозер, вечно что-то затевала и собирала толпы или хотя бы группы, и куда-то вела. В тот момент, это было в 61-63 примерно, она была влюблена в Бродского и Ашкенази. Вообще она была меломанка и меня пыталась приобщить, но я не поддалась. Она ходила на все концерты Ашкенази и писала ему письма о его музыке, довольно интересные, наверно. (Это рассказала Ира Максимова). В одном письме она попросила, если ему нравится получать от неё письма, сыграть, как знак, на бис определенную вещь. Он сыграл, но он её и так часто играл. Тогда она попросила ответить письмом, и в конце концов они познакомились (всё со слов И.М.).
И тут произошло событие, мне совершенно непонятное. Н.Г. позвала меня на какой-то особенно важный концерт В.А. После концерта почему-то все толпой пошли к нему в гости. Кто ещё был с Наташей? Может Юра Фрейдин, может ещё 5-10 человек? Не помню, разумеется, где жил В.А. помню, что мы шли с Н. по улицам старой Москвы и подбирали особнячок поуютней, чтобы, когда большевиков прогонят, там поселиться.
Потом мы оказались в большой комнате, может и квартире, в которой находилась толпа молодёжи, среди них кто-то из моих знакомых (зачем, почему?!) а Наташиных знакомых и того больше, она исчезла, и больше я её не видела. Ашкенази тоже не видела. И вдруг кто-то говорит: а вон Бродский. Смотрю с понятным интересом, а он как-то неприкаянно оглядывается – и тут прямо перед ним возникает Ашкенази. Кажется, их кто-то представляет. Бродский пожимает руку хозяину дома и спрашивает светски: Вы тоже на чём-то играете?
Кому-то это рассказывая много позже, я поняла, что Бродский «выстроил» этот эпизод, как и многое в своей «биографии» выстраивал, по словам Соломона Волкова (Вопр. Лит., март – апр 2013).
Tags: Великие люди, Н.Горбаневская, Н.Л.Трауберг, история, поэзия
Subscribe

  • СВЯЗЬ ВРЕМЕН

    Все когда-то читали "Сатириконскую историю", веселились и время от времени цитируем. Лучшая часть была, конечно, древность, ее написала Тэффи. Там…

  • просто так

    Вчера довелось побывать в центре, дело было. Заодно сняла "реставрацию Елисеевского", только что услышали, что она происходит. Реставрацию видела,…

  • вот такое кино...

    Можно сказать, что в свой фантастический фильм со спецэффектами я вставила документальную ленту. Вернее, нарезку из большого фильма. Получился…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment