May 6th, 2021

china

фантастика

С этой безумной весной, с почками-цветочками, забыла, что хотела публиковать понемножку новый вариант окончания своего фантастического ботанического романа (книга вторая, Карик и Валька). Обещала новых героев, собственно ГЕРОЯ и Злодея.
Остановилась на том, что профессор Асланян и его возлюбленная Зоя заходят в книжный магазин за книжкой для больной Маруси, букиниста нет, его заменяет сторож. Уходят, прощаются, профессор ждет трамвая (темная ночь, октябрь как-никак)

"— Отец, закурить не найдется? — простуженно хрипит кто-то за плечом, бездомный, наверно.
— Не курю, — отвечает Асланян, не оборачиваясь. Потом вдруг останавливается и добавляет: извините.
— Да я и сам не курю, — слышит он знакомый голос. Немножко необычный, может чуть иностранный, выговор.
— Простите, что задерживаю, — говорит удивительный букинист. — Я сейчас исчезну, и не хотелось бы... Позволите проводить вас минут пять? Вы же меня сразу разгадали?
Они тихо идут в сторону путей.
— Доводилось вам, Гурген Сарбазович, прочесть советский детектив для пионеров? «Кортик», например. Главный злодей, враг, тайно проникший белогвардеец. Это я.
Профессор кивает. — Я сразу подумал, что вы кавалерист. Вы такой собранный.
— Гусар. Окончил Николаевское кавалерийское училище! В нем Лермонтов учился! Лейб-гвардии Гродненский гусарский  полк.  Корнет в 1899, генерал в 1915! В войну, да еще Мировую, это быстро, тем более на Западном фронте. После революции, второй, сразу вступил в Красную Армию. Надо же было немцев бить. А после их большевицкого мира — в заговор. Служил в штабе красного Западного фронта, одновременно в штабе Национального Центра в Петрограде. В самом вражьем гнезде, под носом у ЧК, такая могучая организация! Связи с Деникиным, Колчаком...
Князья, депутаты Думы, боевые офицеры, французская разведка, деньги от банкиров и промышленников! А уж какая конспирация! Вот уж мы интриганы были, гордились!
И всех взяли на явочной квартире в Петрограде в июне 19, в сентябре уже расстреляли.
— А вы?..
Collapse )
Как войну объявили, я из Литвы сюда подался, через Белоруссию. Что творилось! Отступление, окружение, бежали тоже... собирал в отряды, выводил из котлов, а больше драпали за армией. До Москвы добежали и в лесу наткнулись на ополченцев — брошенные, безоружные, зима начинается, голодные, в деревне их за мародеров принимают. Мы как-то соединились, немножко порядок навели... пограбили пару колхозов. Восстановили боеспособность. А один доходил уже, бедняга. Он-то и был местный букинист, все мне рассказал, про магазин, про поселок, о книгах много интересного. О домах, о соседях – все. Про себя, про свою жизнь. Он одинокий был. Одна страсть – книги. И документы отдал. Я его и похоронил, и место помню. Повоевал еще, представьте, в кавалерии! После войны сюда заполз, так и живу другим человеком. Мне это место еще почему дорого... а впрочем, ладно. Мы ведь на вашей остановке? Вот и ваш трамвай. Простите за болтовню, не поминайте лихом!"

Почки и листочки тоже будут