November 9th, 2020

china

Маркса-Энгельса 8

В детстве мы ходили, сначала нас водили, в Александровский сад и на Гоголевский бульвар. С подругами, позже, мы бродили по улицам, в основном вокруг Музея. И разговаривали. Моя школьная подруга Ольга Силард (венгерская фамилия, как у физика Сцилларда, наверно произносится Силлади) жила в доме Лопухиных, мы встречались на углу Антипьевского, ходили кругами и разговаривали, разговаривали... о чем, представить сейчас не могу; о чем-то важном. Но не о школе, не об училках, о других девочках — нет. Каждый почти день, целыми вечерами ходили по кругу. Постовой у выхода смеялся: я считаю, как девочки на тридцатый круг пойдут, мне скоро смена.
Комната у этой венгерской семьи была на втором этаже, почти напротив лестницы, маленькая, но с антресолями, лесенкой и стенным шкафом, там Ольге отец устроил кабинетик с лампочкой над маленьким столиком, она там делала уроки и читала, я завидовала: уединение, своя дверь, которую можно закрыть... Антресоли скорее были полати с оградкой, там спал младший брат.

Другая подруга, Рая Васина, Васька, жила с другой стороны в полуподвале, потом оказалось, что это палаты XVIII века. Мы с ней оказались в одном 8 классе и случайно разговорились у стола, куда заранее принесли картины перед уроком истории. Обменялись дельными замечаниями и стали дружить. Гуляли по набережным, в Парке Культуры — м.б. в Пушкинский заходили, если дождь, смотрели подарки, пускали туда бесплатно, народу не было. Мы еще с сестрами давно там все освоили: Шагающий Экскаватор, Казахская Юрта, народные костюмы, скатерть дамасского полотна, которой можно было застелить зал... а там и весна 53, мы как-то это пережили и стали знакомиться с музеем заново. Он был совсем не такой как сейчас, залов было гораздо меньше, выставили только основное, бесспорное, классику — Блудного сына... Мама ходила в любой свободный момент, и все сокрушалась: где же фонд музея Западной Живописи?
В музее царили галантные манеры: старенький гардеробщик выходил помочь маме снять пальто, потом помогал надеть — и мама клала на прилавок какие-то копеечки...

В послевоенные годы дама оставалась дамой. Стирали с содой и хозяйственным мылом, мыли посуду в тазу, таскали сумки с черной картошкой, ее же потом чистили — еще вреднее для рук, но делали маникюр, шестимесячную, завивались на кухне щипцами, красили губы и пудрились, выходя на улицу. В перчатках и в шляпке, даже с вуалью, в крайнем случае в берете.
Кстати о маникюре. Сестра деда, «мадам Элен», тоже держалась дамой. Работала она маникюршей в парикмахерской, маме и бабушке делала маникюр по-родственному, на дому. А зато мама выжимала ей по капельке краплака или кадмия в крошечные флакончики из-под настоящего заграничного лака. Их она потом припрятывала для избранных...
china

ботаника


Надеюсь, будущей весной из этого вырастет целая роща имбиря. Будем хранить в холодильнике вместе с овощами, посадим в широкие плоские емкости с землей, будем ждать. Если вырастет такой же изящной рощицей, будем ждать: а вдруг зацветет?

Нечаянно положила урожай на ужасную статью из "Новой", про больных ковидом детей.