October 17th, 2020

china

Маркса-Энгельса 8

...В той же комнате у Горюновых мы встречали первый Новый Год, там же в последний раз видели отца — он приезжал с фронта и уехал на фронт.
В нашей, майковской, комнате напротив, временно проживал какой-то, наверно, важный тип, потому что вскоре ему предоставили жилье, и он съехал. Мы с Ирой и Маришкой вошли в совершенно пустую комнату... посредине стоял складной детский стул с колесиками и лошадка-качалка.

Мы тут же разложили стул и устроили катанье. После, когда перенесли на место майковскую мебель, мы чаще играли в пустой «тётилёлиной комнате» - там остался стол-бильярд и совершенно фанерный облезлый шкаф, не то комод, не то буфет. Мы там прятались или что-то прятали. У нас были какие-то довоенные игрушки и большие тряпочные куклы — бабушка шила, Валентина Витальевна. Самую большую, без одежды, из матрасной ткани, с длинными руками и ногами, мы таскали за руки и за ноги, как бы раненого, потом качали и швыряли, и называлось это «раньку качать». Ничего святого у детей не было!

Еще было у нас занятие: мы кружились, взявшись за руки, сколько могли выдержать, и валились на пол... в голове что-то еще долго неслось. Тоже способ забалдеть: позже прочитала про «танец дервищей». Знает ли Элиаде про такой способ «достижения экстаза»? Надо посмотреть.

Зачем Элиаде, на то есть википедия: Согласно суфийскому учению, истину можно понять, только находясь в состоянии единства с Богом. Такое единство можно достичь, в том числе через танец-медитацию, который при длительном кружении позволяет войти дервишу в трансовое состояние. Танец Дервишей называется Сема, а танцующего дервиша именуют – семазен. Во время такого мистического полета, дервиш обращает одну руку к небу, другую к Земле, создавая собою некий мост для передачи божественной энергии.

Поодиночке вокруг себя мы тоже кружились, только не догадывались руки держать как надо — мы их растопыривали для равновесия. Просто значит кайф ловили.


Что-то в этом роде должны были видеть, только грязное и черное.

Таня родилась, когда мы жили у себя. Зимой в доме было жутко холодно, не топили, мама говорила, мы с Ирой ходили в шубах, шапках и валенках. Не помню.