April 14th, 2020

china

Вот такое кино...

В коментах возник законный вопрос: если, как выяснилось, олени-самцы поздней осенью теряют рога, а наоборот оленихи красуются в роскошном уборе, то как же тогда Санта-Клаус?

Ответ пришел в виде статьи с прекрасными иллюстрациями. Автор - Danielle Prohom Olson.
https://holy-matriarchy.livejournal.com/63242.html
«О, чудесная Олениха... Посреди своих рогов она несёт свет благословенного солнца...» (венгерская рождественская народная песня)

С самого раннего неолита, когда земля была намного холоднее, чем теперь, и олени были более широко распространены, северные люди почитали самку северного оленя. Она была «животворящей матерью», ведущей за собой стада, от которых они зависели, и, чтобы выжить, и они следовали за оленями, получая от них молоко, еду, одежду и укрытие.

Между прочим, и в наше время стадо ведет, как правило, пожилая важенка, опытная и умная.
По всем северным землям эпохи неолита, от Британских островов и Скандинавии, через всю Сибирь вплоть до Берингова пролива, она была почитаемой духовной фигурой, связанной с плодовитостью, материнством и возрождением жизни (тема зимнего солнцестояния). Её рога украшали святыни и алтари, были похоронены в церемониальных могилах и носились как шаманские головные уборы. Олениху часто показывали прыгающей или летящей по воздуху, с шеей и ногами вытянутыми вперёд и назад. Её рога часто изображались как дерево жизни, несущее птиц, солнце, луну и звёзды.

Это очень убедительно. И то, что шаманство было женским делом, и что шаманки плясали в масках с рогами. Потом потеплело, степняки со своими конями и богатырями оттеснили единую оленную цивилизацию к Северу, она разделилась на отдельные племена, но многое сохранила в памяти. Саамы и лопари рассказывают про Мяндаша, Оленя-человека. Он был сыном Мяндаш-девы. Женой его стала «дочь человеческая», их дети — Мяндаш-парнь, парнишки-оленятки.

Невозможно не задержаться, очень трогательная и печальная история семейной жизни Мяндаша.
Жила Мяндаш-дева, женщина-олень. У нее родилось теля — сынок. И скоро превратился в молодого оленя — Мяндаш-парнь. Стал ходить на охоту. Построил вежу из оленьих шкур: опорами были оленьи ноги, стропилами ребра, чистое место хребетной костью обложил. Перевернулся — человеческий облик принял, и Мяндаш дева тоже. Стали жить в веже.
Мяндаш-парнь матери сказал: хочу жениться и взять за себя человеческую дочь. Мать отговаривала, а он свое: приведи человеческую дочь.
Мяндаш-дева обернулась дикой важенкой, переплыла через Мяндаш-йог, кровавую реку, бежала, бежала, пришла к человеческой веже, перевернулась и стала человеком и вошла в вежу. Там жил старик с тремя дочерьми. Стала сватать, старик сначала первую отдает.
(рассказ о том, как две старшие дочери не выдержали испытания). Третья дочь угодила, и через кровавую реку перебралась. Вышла и села на берегу, руки положила на колени. Мяндаш-дева пришла к дому, там пыжики-оленцы играют. Она им говорит:
- Подите, ребятки, встретьте молодую.
Они, перебирая копытцами, побежали к ней. Она их приласкала и красные платочки повязала. Тут и Мяндаш с охоты пришел. Диким хирвасом обежал вокруг нее, а она его узнала...