November 28th, 2019

china

АКТУАЛЬНОЕ

Ох, Родина! Смотри, пробросаешься!

Григорий Чорос-Гуркин — так он себя называл.
Григорий Иванович родом был из села Улала Бийского уезда, происходил из древнего алтайского рода «чорос». Начинал учиться у «богомазов». От образов на иконах быстро перешел к образу природы диковинного горного Алтая.
Всё вокруг первобытно, грандиозно и величаво: могучим кольцом раскинулись и ушли в беспредельную даль горы. Мягкие линии сдвинулись одна за другую, смешались в лабиринте очертаний и замкнулись в неуловимой дали воздушной лазури.
Добрался до Петербурга, но в Академию художеств его не приняли. Но принял его старый, одинокий, очень больной Шишкин, взял в свою мастерскую. Учителю и ученику Бог дал провести всего одну зиму - зиму 1898 года.

«Зачем вам Академия?.. Вот вам мастерская, мольберт, краски, полотно, приходите сюда и пишите со мной».

Так и умер учитель у мольберта, на руках ученика 8 марта 1898 года.
Григорий мечется, уезжает на Алтай, возвращается в Петербург, и наконец навсегда на Алтай. И потом напишет более пяти тысяч произведений, перенесет на полотно могущество тайги и контрасты суровой природы. Доберется до самых дремучих уголков своего края, увидит прорывы света меж снежных гор. Он начнет собирать народный эпос, сказания, легенды, песни, изделия народного творчества.


Хан-Алтай. Григорий Чорос-Гуркин.

«По понятиям алтайцев, Алтай не просто горы, леса, реки, водопады, а дух, щедрый, богатый исполин великан. Для живущего здесь народа Алтай живой. Сказочно красив он своей многоцветной одеждой лесов, трав, туманы, его прозрачные мысли, бегут во все страны мира. Озеро его глаз, смотрящие во Вселенную. Водопады и реки - его речь и песни о жизни, о красоте земли, гор».
Знал он все. Знал, что за ним придут в юрту, в 37-м, в сапогах, с усмешками. И поведут как японского шпиона. Ну и что, что написал 5000 произведений, не разгибая спины. Ну и что, что жил в юрте, на краю деревни. Ну и что, что не знал японский язык. Ну и что, что в Японии никогда не был. Высказывал же в первые годы Советской власти разные вольные мысли. Жил в Монголии несколько лет, знался со странными личностями.
china

АКТУАЛЬНОЕ

Знал он все. Знал, что за ним придут в юрту, в 37-м, в сапогах, с усмешками...



«Я как бы вижу первый день мироздания! Когда после векового мрака ты, Хан-Алтай, впервые был освещен восходящим солнцем, как загорелись тогда твои причудливые скалы и как заблистали тогда твои изумрудные ледники! Как зацвело и затрепетало все вокруг, сливаясь в одну сплошную музыку, в один нескончаемый чудный аккорд природа ликовала… Божья песнь, как волосяная струна, прозвучала тогда и наполнила тебя музыкой природы грохотом водопадов и шумом бурных рек. И полилась та музыка через горы и стремнины, через цветущие и благовонные долины. Взбивая пену о громадные камни, неслась бурливая красавица Катунь. Шумели водопады, окрашиваясь радугой и серебряными нитями обвивая уступы скал твоих, Хан-Алтай!»
Вы знаете, меня обвинили, судили в разных злодеяниях против политики Советской власти больше по кляузам и доносам (злых духов). Меня два-три раза доставляли на Красный суд. На суде много было народу и много обвинений против меня. Говорили, что я получаю письма из Японии (читал их Николаю Козлову и Амыр-Сане), что умышленно не пишу картины, не уважаю, не признаю Советской власти и многое другое, и все некрасивое, грязное, и бессмысленное, ничем необоснованное. На суде я, благодаря своему прямому характеру, сказал в защиту себя речь, в которой открыто и красочно рассказал много о своей работе в Каракоруме, об аресте моем при Колчаке два раза, про тюрьму, и как из тюрьмы я уехал в Монголию, спасая свой художественный материал, в Танна-Тува с двумя сыновьями, оставив на произвол судьбы жену и дочь, как я вернулся обратно на Родину — Алтай... Суд закончился и вынес мне оправдание...»

Второй суд закончился иначе.
https://zen.yandex.ru/media/napishi_shedevr/jilbyl-hudojnik-grigorii-gurkin-5d9b0d4da06eaf00aeaac0c8