July 17th, 2019

china

Вот такое кино...

Кончается такая большая страница жизни. Кончается большая тетрадь, еще две-три записи. Дальше тонкие мелко исписанные тетрадки...

стр 328-329. прочел отходную ей, называя ужt «Новопреставленной!» Мама крестилась при этом. 23го утром она просит переменить белье, меняю и вижу на спине против сердца огромное синее пятно, поняла, что жить немного, сказала тете и та стала готовить ей мое белое платье, в котором она непременно хотела лечь, и послала за мужем, который был в другом им управляемом имении, и послала телеграмму братьям: «Мама отходит!» Мама как будто все спала, но сама повертывалась в постели, но появлялись галюцинации. Часа в 4 сказала: «Как темно! Что вы не кладете спать детей?» Dерно уж глаза не видели света, в коридоре бегали дети и Варя, появившаяся в комнату, вдруг начала плясать перед мамой, она на это усмехнулась, а услыхав голос своей любимицы Юлии, сказала: «Погоди, дай мне встать только, я тебя отучу бегать с мальчиками!» Вечером все просила класть ей холодный компресс, меняла я ей беспрестанно, сидела я около, тетя и нянька Вари на полу около кровати, часов в 10 вечера она повернулась к стене сама и все молилась и говорила: «скорей, скорей!» Z думала, что она братьев зовет и говорила ей: «скоро, мамочка, скоро!» Раза два она сказала: «благословляю!» видно хотела благословить, показалось нам, что она читает псалом, я взяла молитвенник и вслух ей прочла «Живый в помощи». Тетя нагнулась к ней, она крепко обняла ее и говорила что то, а уж разобрать ничего нельзя было, почти до самой кончины говорила, минут за 15 замолчала только. Николавна закрыла глаза ей, мы обнялись с тетей и зарыдали обе, я пошла наверх к детям, а тетя с нянькой, горничной и кухаркой начали ее убирать, я не могла. Хорошо тетя ее убрала.

стр 330-331. Уложила на кровати, а не на столе, точно спала моя ненаглядная. 24го среди дня Дуня бежит и говорит: «барин приехал!» Приехал Миша, выехал еще до моей телеграммы, но на ст. Грязи просидел, там крушение было, ведь мог бы поспеть. Крепко обнялись мы с братом. Утром 25го приехал и Сережа, 26го мы повезли хоронить нашу страдалицу, вся деревня провожала ее, детей мы не пустили к выносу из дома, они смотрели из окна и Леля со слезами говорил мне, когда я пришла с ними проститься: «мама, одень бабушку потеплее, возьми мое одеяло!» «Ничего ей, детка, не нужно!» Вот и нет нашей печальницы, тяжело было нам, вернувши с похорон/ Миша еще обидел меня, сказав, что он и не знал, в каком мама положении, я заплакала и сказала: «Я Вам с каждой почтой писала, что ей хуже и хуже, а Сережа подтвердил, что еще так недавно был здесь и ему говорил в каком она состоянии, Мише видно совестно было, что он ждал, когда его жене после родов будет 9 дней? и запоздал к ней, а когда виноват, то хочется с себя вину свалить на другого. В ночь похорон вышел казус: после тяжелых дней испытания мы позаснули мертвым сном, вдруг я просыпаюсь от страшного стука, пугаюсь до потери языка, мне представилось (а ведь не суеверна я), что дух мамы не доволен, что ее похоронили на чужой стороне, молча толкаю мужа, тот вскакивает, стук еще громче, муж крикнул: «Пожар!», тут я опрометью бросилась вниз, пробежала мимо Миши, который и не проснулся, мимо тетушкиной комнаты, тетя сидит на постеле, сбегаю вниз, слышу Сережа проснулся, но прислуга вчетвером спят...

Скорбь и печаль без антракта сменяются фарсом, как у Шекспира...
china

лытдыбр

Что это значит?

Вспомнила, что записалась на Фликр, когда Яндекс устроил нам подлянку с фотками, вроде все было хорошо, загружала картинки, отправляла в ЖЖ, никого не трогала, сегодня вспомнила про него, решила там сохранить вчерашнюю прогулку по старым местам — это как раз было очень приятно — а он не пускает. Требует ввести логин и пароль, пароль не помню, он высылает новый, ввожу, он принимает и поздравляет — а дальше хождение по кругу. Понятно, начинаю комплексовать, звоню дочери, она все смотрит по скайпу, повторяем все (раз за разом), то же самое. При том она сегодня уезжает в Псков, а мне надо в центр по небольшому делу. Она посмотрела что по этому поводу говорят — у многих такая проблема, выхода никто не нашел, у кого-то и фото пропали (жалко-то как! У меня кажется все оригиналы есть на диске, а если пропадут те, что в постах? Конечно, кому нужны старые посты...)

Словом, поехала на Тверскую, там не удержалась и зашла в книжный. От изобилия печатной продукции, прекрасно изданной и наверняка очень интересной, захотелось сразу уйти. Но все-таки в отделе изо полюбовалась на Апокалипсис с картинками С.Багдасаровой, пролистала еще одну ее книгу - «Омерзительное в искусстве», а рядом обнаружила «Страдающее средневековье» в другом издании, в роскошном, огромная книга с отличными цветными картинками, непомерного веса и неподъемной цены. Не-ет, таких страданий нам не надо. Нам и так тесно. Мы свои уже давали почитать знакомым и еще дадим.
И вот с двумя плюсами в настроении вышла под проливной дождь, так и шла до Охотного ряда, а у самого метро «вода по асфальту рекой», простите, по плитке... все равно забавно. Хорошо мы вчера выбрали время, а то когда бы еще!