December 5th, 2018

china

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Китайцы всегда могут удивить, даже из глубины веков. Что у них поэты были чиновниками, это все знают. Оказывается, живописцы тоже. И соответственно делали выбор: Стать презренным приспешником режима или гордым отшельником. Чжао Мэнфу происходил из императорского рода династии Сун, свергнутого Хубилаем, и его согласие занять пост в военном министерстве вызвало негодование. С ним перестали здороваться...

Но никто не предлагал ему пост придворного художника! Рисовал он в свободное от работы время, как бы от безделья... Как он управлял войсками, неизвестно. Но рисовал хорошо. Особенно лошадей.
И пейзажи, и хризантемы, и человечков... А здесь изображен ветер...

В Юань монголы опирались на особую кыпчакскую гвардию – элитные войска. Лошадиный жанр вошел в моду, как при Танах. Военных чиновников уравняли в правах с гражданскими. Некоторые кыпчаки на юаньской службе стали китайскими литераторами.

Чжао Мэнфу сделал весьма успешную карьеру и путем, видимо, очень хорошо выработанной стратегии пришел к тому, что уже в 1315 году была восстановлена та самая система экзаменов, которую монголы, придя к власти, аннулировали. Его карьера была успешной, он руководил успешными губерниями, провинциями, пережил еще четырех императоров и в итоге руководил восстановленной академией живописи.
Академию Литературы восстановили еще раньше. Вроде бы уровень поэзии в этом периоде снизился. Нам трудно об этом судить, мы читаем перевод и не знаем контекста. Вроде бы стихи стали проще, доступнее, часто на известные мотивы, так и назывались — арии. Поэты заодно сочиняли пьесы, «китайские оперы», жанр вроде вульгарный, но радостный... Заодно процветала музыка. Наверно, юаньскую музыку тоже теперь можно послушать. Тоже не поймем. А живопись всегда прекрасна, и сами китайцы позже, в XVII веке, признали Четверых Юаньских Мастеров великими образцами.

Продержалась-то династия всего-ничего, лет сто. Но «не без пользы, да и не без славы...»
china

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Вдогонку

Приятно вообразить отборную кыпчакскую конницу на экране: всадники в малахаях, на неоседланных конях, с визгом вращают над головой петли арканов... На самом деле, наверняка, это была обычная броненосная кавалерия (как у меня на заставке), как у крестоносцев, у арабов и у всех. Командиры из кыпчакской, половецкой по-нашему, знати. Когда-то давно, на раскопках в Каракалпакии, я сочинила поэму про то, как мы, три молодые сотрудницы, нечаянно разбудили погребенного воина:
Весь в сияющей кольчуге,
Весь сверкая при луне,
Он рычит и скалит зубы,
Как Тосиро Мифунэ...

(Куросава, фильм «В чаще»)

Достигнув положения при дворе, знатные кыпчаки стихи, наверно, сочиняли такие же, как чиновники-ханьцы. Жаль, в книге "Китайская пейзажная лирика" национальность не указана.

Солнце
Пригрело весенний склон,
Ветер ласкает резной балкон,
Меж тополей
Затаились качели,
Иволги в ивах
Запели
И лепестки
Плывут под мостком.

Догорает закат,
И кружится снежок -
То ли мэй лепестки,
То ли ивы пушок.
Живописная ночь
Опустилась над стихшей рекой.
Свой улов собирает рыбак
И уходит домой.


Что ни стих, то пейзаж. Как правило, интимный, не то что вот это развернутое полотно... Взгляд и нечто. Школа чань.

А почему нас должно удивлять, что кавалеристы сочиняют хорошие стихи? Вот же Денис Давыдов! Или, черт побери, поручик Лермонтов! Сквозь туман кремнистый путь блестит...