May 23rd, 2018

ботаник

БОТАНИКА

Оставим коварные орхидеи ютиться Под пологом пьяного леса (Дж.Даррелл), ), пусть хорошенько прозябают. И перейдем к возвышенному.

К ПАЛЬМАМ!

Что в них самого невероятного, это именно что они возвышаются. Теоретически возвышаться они не могут, не позволяет классовая принадлежность. Пальмы, как и орхидеи, аристократия растительного мира, они вписаны в последний, шестой том «Жизни растений», там с ними лилии, Виктория регия, ананас и всякая другая сласть; банан, например. Ниже, в пятом томе (в двух книгах, 5(1) и 5(2)), двудольные, тоже высшие растения, цветковые. Но почему-то однодольные (при этом слове в мыслях начинают в полном безветрии колыхаться хлеба) ) считаются более продвинутыми. Ботаникам видней.
Эти «две равноуважаемых семьи» (Монтекки и Капулетти) разошлись когда-то очень давно. Они различаются способом размещать внутри стебля тонкие трубочки, по которым вода поднимается к листьям, а наработанные в листьях стройматериалы направляются в ствол для различных надобностей. Одно проторастение разместило трубочки в один слой под наружной стенкой, а другое — пучком, как попало. Первый способ, когда поперечный срез напоминает вязаную круглую салфетку, разделяет центр, где нарастает древесина, и окружность - постепенно она превращается в кору. Так образовался класс двудольных.

У однодольных мякоть так и остается мягкой, а стебель слабым и гибким Ты перед ним, как стебель гибкий...
Как сказал кто-то недавно, эволюция — дура: если в проект изначально заложена глупость, вернуться и заменить деталь невозможно. Если уж совсем что-то не то получилось, оно вымрет, оставив маленький след на радость палеонтологам. А может и приспособится, выживет.
Хотя как тут приспособиться? Главное дело растения — расти! Желательно выше, и выше, и выше! К Солнцу! Против гравитации! Каков замысел... Для чего же из воды выбирались? Так и жить — травой? (верите ли, орхидеи — травы, так в книге написано).
Можно придумать многое. Можно виться, стелиться, взбираться, можно как орхидеи поселяться на плечах гигантов. Можно занять площади, где гигантам не прокормиться, сухие степи, болота. Однодольные все испробовали: прятались от мороза или засухи в корневища и луковицы, шептались по берегам водоемов, колосились, заселяли безбрежные саванны, вскормили и воспитали бесчисленные стада копытных... немногим уступали они двудольным, тех сотни тысяч видов, а этих десятки тысяч; но не в числе дело. Хотелось в высь, купаться в солнце, шелестеть ветвями на вольном ветру...