January 10th, 2017

china

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Давеча мы остановились на том, что поздним вечером под сенью приморского леса один из великих эльфов и ветром гонимый скиталец посмотрели друг другу в глаза. А дальше-то что? Вызвать по мобильному трилобиту-палантиру Мерлина через тамплиерский тоннель, и пусть себе решают или хотя бы толкуют судьбы мира на троих? И тут все и кончится?
Пока эти два седовласых человека(?) с юношески гладкими лицами без единого слова проникаются уважением друг к другу, Лугайд со товарищи тихонько отступают к деревьям и смотрят оттуда вместе со свитой Элронда, прежде незамеченной. И тоже становятся незаметны, а дальше происходит такое, что они и сами себя перестают замечать.

элронд 2.jpg
Collapse )
Китайский дервиш совершает несколько странных движений... извлекает из черной хламиды веер... и начинает танец. Сначала его жесты четки, определенны, различимы. Становятся быстрее. Одна поза переходит в другую плавно, словно его тело — струя воды или дыма... да, и он поет, или восклицает на своем языке, где меняются тоны, на языке, который главный зритель, Элронд, немного понимает, и с помощью пантомимы понимает все больше...
И долго длится пляс ужасный... в нем жизнь прекрасной женщины, наследницы гибнущей в муках цивилизации, посланной, как мольба о помощи, невестой свирепого варварского князя... вот медленно и торжественно движется свадебный поезд... вот нападение разбойников, гибель каравана, чудесное спасение девы преданным рыцарем... страшный буран... наконец варварская столица, могучий и страшный царь-варвар, трепет, испуганный взгляд, внезапная любовь, и надолго — счастье...
И снова крушение. И снова — любовь... любовь к прекрасному юноше-ровеснику, царю и воину... и преданная, самозабвенная дружба рыцаря, и безмолвная нежность брата... и война, война. Отступление. Бегство. Пустыня...

Царевич изображает в экстатическом танце историю сестры-царевны, несравненной Ушуан. И вот, рассказывает он, на краю пустыни она родила дочь и умерла, и похоронена, а он — страж могилы и спутник-хранитель сироты Айганым, тайный помощник ее приемных родителей и друзей, и вот он молит за нее и за них, ибо судьба готовит им всем новые страшные бури...

Тема тайны, заклятия, пророчества возникает и пропадает в магическом танце, из которого со временем произойдет весь китайский театр и неизменный в нем номер с мечами, потому что веер в руках танцора, изображавший то ветер, то крылья, окончательно превращается в меч, он грозит и страшит самого артиста, он не подчиняется хозяину, он норовит обратиться ему в грудь... дервиш кружится в вихре черных одежд и белых волос, он вскидывает руки высоко над головой и вдруг падает, рушится вниз, словно и в самом деле упавшая одежда.

Когда наконец Элронд, первый выйдя из транса, подходит к темному пятну — там нет даже и одежды.
- Вот что, - говорит верховный эльф, - мы сейчас разожжем костер. Мы поджарим немного мяса, которое принесли охотники, и выпьем вина, и посидим до полуночи. Потом люди вернутся на свой корабль, и расскажут своему начальнику, что они видели. Ваших замечательных коней постережем мы, и ручаюсь, завтра утром они будут веселы и беззаботны, как стригуны.
Так и поступили. Под утро к задумавшемуся Элронду тихо подошла Галадриэль (что она здесь делает, зачем иногда возвращается в Средиземье, или Земноморье, не помню, возможно, выяснится несколько позже. Или не выяснится).
- Мы сразу поняли, что эти двое детей немного наши, - говорит она.
Элронд медленно кивает.