December 12th, 2016

china

ПУТЕШЕСТВИЕ НА ЗАПАД

До чего яркий, разнообразный, своеобразный город Танаис! Сколько в нем встречается племен и лиц, языков, наречий, интересов, одежд и надежд! Вот ведь и наши герои встретились. Большая удача! Беседы на высшем уровне, двусторонние и трехсторонние, прошли «в теплой дружественной обстановке» - за столом с угощением (излишне сообщать, что что жареное, печеное, соленое и маринованное, а также вина и фрукты поставлял хозяин знаменитого ресторана «У Трифона». Кстати, его и зовут Трифон. В их семье традиционно это имя, как и предприятие, переходит по наследству к старшему сыну. Все были довольны). Сначала градоначальник, он же начальник стражи, он же третейский судья, принимал у себя Афиногея и старших офицеров — уже после того, как дела другого посольства были улажены, т. е. отданы распоряжения, и сардар был приглашен со своими присными в пустующий «Булгарский двор», известный обширными конюшнями. В присутственном месте особо не разгуляешься, и через день пировали уже в римском землячестве, уже с представителем султана Бейбарса. Застолья были довольно чопорные, церемонные, хотя каждая из высоких демонстрировала искренность и доверие. Но кто может знать, как отражается доверие на лице пожилого китайца? И какое проявление дружелюбия может быть воспринято как-то не так?

В пекарне.jpg
Позднеантичная пекарня. Каменные мельницы на ослиной тяге. Здесь можно заказать для дальнего пути любое количество первосортных пшеничных и ячменных сухарей.

Collapse )
Молодежь — Амиран с Новзером, Амфибрахием и толмачом Анапестом, Лионель с Батрадзем, индусом Шакрой, другом Бахрамом (без льва, медведя и коней) уютно, но конечно скромнее, повеселилась в корчме, и новых друзей пригласили побывать во временном пристанище, на аланско-булгарском, бывшем сарматском подворье. Ромеи попадают в самый разгар после- и преддорожной суеты. Всем весело. Гостей знакомят, ведут что-то показывать, Лионель переводит неустанно приветствия и задиристые комплименты. Кроманьонец Бабр и неандерталец Уоллох не отличаются от среднего азиата или европейца, хоббит Шурри вызывает интерес. Посреди двора появляется огромный лев... на него не обращают внимания, задевают и толкают. - А это мой... - начинает Лионель, но византийцы уже уставились на медведя. Он еще больше льва. Он встает на дыбы и широко зевает, прикрывая рот лапой. - Это мой Топтыга, - говорит Лионель.
Амиран не слышит. Наверху, на третьем этаже, открылась ставня. Грузинский витязь видит лицо, светлее и прекраснее которого нельзя вообразить...