August 30th, 2016

britain

АРФА БРИТАНИИ

мерлин.jpg
Рыбачий баркас, который принято почему-то именовать «утлым», хотя это отличное, прочное, удобное в управлении судно со съемной мачтой и веслами, входит в удобную и спокойную бухту, ловко минует прибрежные камни и высаживает своего пассажира на мягкий песок. Мерлин изумленно оглядывается: как странно, какое совпадение, здесь, на этот самый берег, выбирались в тот ненастный вечер еще мало ему знакомые люди с детьми и младенцами... «я узнаю знакомые приметы», бормочет он, и прочие банальности: «мне все здесь на память приводит былое», и «о память сердца, ты сильней», и наконец «надо жить, не надо вспоминать...»

Рыбакам он предлагает, если хотят, остаться на берегу, разбить лагерь, готовить еду, быть как дома, и каждому постороннему сообщать: мы — люди Мерлина. И все будет в порядке.

И углубляется в чащу. Вскоре, по участившемуся сердцебиению, понимает, что пересек незримую, им самим установленную границу Броселианда...
«Неужели, - думает волшебник, - я должен признаться себе, что здесь прошли лучшие годы моей жизни? Их было так мало! И ничего от них не осталось! Нет, впрочем, вот стена камералки, т. е. учебной мастерской... а там, под двумя дубами, три хижины совершенно целы... колодец, и в нем вода... камни очага... а здесь была карта Ойкумены, мы с Лио-лайок ее начертили, но она совсем заросла. О! Вот и мои, можно сказать, апартаменты... стены увиты ломоносом, но дверь цела, и задвижка... достойное жилье почтенного мага».
Тут почтенный маг замечает, что он одет как... как безработный друид, что ли, или гонимый миром странник, или неряшливый аскет, или адепт и вообще слишком экстравагантно. Когда это он успел так обноситься? И даже не заметить, что бос? И рыбари, и эти... варяги смотрели на него и внимали с таким почтением...
Ну да, короля играет окружение, а мага играет воображение окружения... интересно, как сыграет воображение знатных и славных гордецов, окружающих короля. Уж наверняка в их компании Мерлин — герой анекдотов. Не хотелось бы для начала демонстрировать гром с ясного неба или снегопад в июле, как тогда сэру Эктору. Кажется, у него в кабинете была сменная одежда, может быть цела. Он всегда вешал плащ на крючок с внутренней стороны двери.

Задвижка отходит легко. Дверь открывается без скрипа, как на смазанных петлях. Яркий луч, пробившись, как нарочно, сквозь листву, озаряет великолепное одеяние, любовно расправленное на вешалке.