April 8th, 2016

bearberry granny

лытдыбр


Девушка, обдумывающая жилье, заказала еще один абажур - в гостиную. Причем чтобы центральная часть серая, а бахрома, или оборка, жёлтая. Оригинально. Эффектное сочетание. Для центра скопировали салфетку из журнала "Валентина", расчет в журнале на этом кончился, так что желтый бордюр придется импровизировать. Нитка другого качества и другой толщины. Неизвестно что получится. Правда, всегда есть вариант: все распустить и все начать сначала и никогда не пожалеть о том. Только девушка-то ждет!

china

ПУТЕШЕСТВИЕ НА ЗАПАД


Коней собрали поближе. Костер разводить не стали. Стоят молча, прислушиваются. Отходят в сторону по-одному, всматриваются, нюхают ветер, слушают. Вот, наконец, определенно приближаются всадники, мягко, но тяжело ступают лошади. С той стороны, откуда ждут подмоги. Свои, все в порядке. Приехали разделать тушу и увезти мясо.
В то же время Лионель, лежа в траве у копыт своих лошадей, шепчется с подползшим Уоллохом.

Решают все же разжечь огонь и угоститься свежей печенкой, чуть обжаренной на тонких прутьях. Слишком быстро сгорает тощий прошлогодний ковыль... но и он не успел превратиться в пепел, как опять поднялась тревога. Глядь, с Востока идет рать, и побольше...
Хорошо, что отряд молодых казахов, только что влившихся в армию Бейбарса, возглавляют Батрадз и его аланы. Новзер выбегает им навстречу с криком: Свои! Друзья! Это мои друзья! - не то лежать бы мертвыми иранским воинам, пусть даже с прослойкой из младоказахов.

Тем не менее отряд окружен, по просьбе Новзера не обезоружен, и должен предстать пред грозные очи самого полководца. Тушу прихватывают с собой. Однако местные удальцы показывают пленникам — или приглашенным — водопой. Новзер едет с Фериборзом и тем воином, который его узнал. Пытается убедить их в чистоте своих помыслов. Они едут утро, едут день и засветло оказываются у подножия кургана, где воткнуты на копья головы их сородичей.

Батрадз докладывает сардару Се, и тот решает не беспокоить полководца ради захвата малой шайки. По просьбе Новзера он их отпускает и даже снабжает пищей на дорогу. Они решают уносить ноги (своих усталых лошадей), пока тут не передумали. Они плетутся к юго западу, смеркается. Может заночевать все же? И тут с Востока накатывает глухой тяжелый гул. Идет конница. Конный строй от горизонта до горизонта. И впереди всех, посреди строя — девушка неслыханной красоты, на коне в рогатом налобнике, в уборе скифских царских скакунов...