January 12th, 2016

homo habilis

БУБЕН ТУРАНА

Слишком одновременно все происходит! Лионель идет по льду, держа шлем с рожками в сгибе левой руки, подняв правую – универсальный жест, понятный всем воинам мира, но не умникам и умельцам! Хоббит Палдуде кричит, указывая на спешившегося Батрадза и его коня: «Видите? Видите? Это Человек! А это Лошадь! Вы что, лошадей никогда не видели? Мясо их не ели? А эти Люди на них залезают, и Лошади бегут, куда люди хотят!»
Люди каменного века не обучены действовать согласованно, если не в типовых ситуациях семейной группой, на охоте скажем. Неандертальцы рванулись назад, в лес, не удрать, а затаиться и выждать. Кроманьонцы сначала было тоже, но не одолели любопытства и застыли на месте. Хоббиты пытаются всех успокоить, но зорко следят за встречей на льду. Топтыга не выдержал: его побратим идет навстречу неизвестному – сначала пополз, потом встал и пошел, потом побежал. Лев, дрожа, последовал за ним, но на бегу осмелел и рявкнул. Люди на той стороне схватились за оружие. Лионель обернулся, махнул своим зверям: назад, но они не поняли. Старший из всадников, с девочкой на седле, что-то приказал бойцам и выехал вперед. Девочка, обхватив его за шею, что-то говорила.

- Мы друзья (или одной крови, или свои) - крикнул Лионель на родном кельтском языке. – Мы принесли добро (или товар, или дорогие вещи)!
- Мы ждали вас, - ответил старый воин, и Лионель понял!
Вяч. Иванов заметил вскользь в одной лекции, что кельтский и тохарский (индоевропейский язык шелкового пути) родственны. Они давно разделились, но ведь и нам легче было бы столковаться с украинцем или поляком, чем с французом? Польские и чешские книги на знакомую тему можно читать без словаря, если не торопиться, правда?

- Я его видела, папа (или тата, или батюшка, или отче) – восклицает девочка. – Он тот мальчик!
Лионель видел ее и во сне, и в зеркале; не помню, писала я, что она тоже его видела? Ну, значит, видела.
К отцу и дочери подъезжает всадник на коренастой косматой лошади, и вожак пересаживает девочку к нему на седло. К ней, конечно: суровый воин с полным колчаном за спиной – Шолпан, жена китайского полководца, на своей Безрассудной. За кобылой, не отлипая от ее крупа, тащится голенастый неоседланный трехлетка (у него своя роль в нашей истории).

Бубен тут при чем? А вот встревоженные угры и самодийцы, не успевшие к открытию ярмарки, начинают то ли камлать, то ли созывать подмогу, то ли просто плясать, чтобы скоротать время и согреться. Гул стоит над ледяным покровом Черного Иртыша...