August 30th, 2015

britain

Король Артур

Где король? На троне

На прекрасном резном деревянном троне с медными нашлепками и заклепками. На ковровой мутаке, набитой овечьей шерстью. На высокой спинке трона за плечами короля сверкают глазами два грозных кречета. По левую его руку цветущая красавица Гвиневера, по правую — лучший рыцарь на свете, «юный Ланселот Озерный с легким сердцем», как пишет Мэлори. На коленях угнездилась старая гусыня. В руке небольшой, мелко исписанный кусочек пергамена.
Король рыдает. Он прочел первые строки письма, слезы хлынули из его глаз, он закрывает лицо ладонью, слезы текут по пальцам, тело содрогается. Сотрапезники и собеседники застыли в благоговейном молчании.
Открытое выражение чувств не считалось нарушением приличий в ту героическую эпоху. «Он плакал, как ребенок, которого побили», говорит Мэлори в другом месте о другом герое. И тот герой тоже плакал от избытка радости.
Король узнал, что живы те, кого он считал давно погибшими. Погибшими по его вине, как он думал. И чем дальше, тем более он подозревал в себе злодейский умысел, желание избавиться от несчастного младенца Мордреда, живого укора, свидетельства преступной и позорной связи. И чем глубже он искал в душе оправдания, тем чаще, казалось ему, видел отражение таких подозрений во взглядах самых близких людей. И убеждал себя, что вся страна только об этом и говорит.
«Дорогой мой августейший ученик, приветствуют тебя старый твой наставник Мерлин, и юные рыцари Ивейн, Лорейн и Ловель, и молодые бойцы Алардайс, Северанс и Эсторанс, и...» - тут слезы ослепили Артура, и он увидел только искаженное, как в кривом зеркале: «Мордред».
- Прочти всем, милая, - говорит он, протягивая листок Гвиневере.