February 7th, 2013

china

На краю Ойкумены

420 – 422. Эта точка в хронотопе станет отправным моментом нашего романа. Т.е. отсюда отправится Китайская Принцесса, обещанная в жены Главному Хунну.
Еле нашла, откуда они отправились.
Цзянькан - столица династии Восточная Цзинь (317–420 CE) и Южных Династий, в черте современного Нанкина. Мне бы хорошую карту…
Состав свиты придумаем позже.
Мы определили крайне восточный пункт Ойкумены, найдем Западный, будем двигаться навстречу, потихоньку-полегоньку. Так и время пройдет.

Вот только сперва покончим с обещанной Духовной Жизнью Китая.
Представьте себе, что у нас как началось в 1904 году, так и продолжается. НЭП перешёл обратно в гражданку, тоталитарный режим возник, а война не кончилась, Сталин и лагеря сами собой, а всеобщая резня сама собой. Периодически голод. Казаки и поляки… Перестройку можно считать сменой династии. Да, ещё коррупция! И разделились мы, ну допустим как сейчас с Украиной. Оба государства называют себя Россией. Как бы эволюционировала поэзия Серебряного века?
Ну вот примерно так было в Китае, только гораздо хуже. Наверняка кто-нб там воскликнул бы:
Век четвёртый, век необычайный!
Чем он интересней для историка,
Тем для современника печальней!
Если бы они знали, что живут в IV веке.
А у них с горя на рубеже IV – V веков образовалось то, что мы называем китайской поэзией. «Пейзажная лирика», своего рода декаданс. Классика у них была философская и высоко моральная (Цюй Юань), нам не очень интересная. А тут в полной безнадёге собрались несколько родственников из богатой и знатной семьи Се, и старший брат сказал: давайте, раз ни в чём нет смысла, будем заниматься чепухой. Писать стихи ни о чём. Устраивать диспуты без смысла и логики. Сочинять абсурдные трактаты – но всё на высшем литературном уровне! Ещё мы будем гулять в самых красивых местах. Взбираться на недоступные кручи – вот я как раз особые сандалии придумал. Слушать музыку, любить капризных красавиц, и пьянствовать!
Привлекли в компанию единомышленников, создали клуб по интересам. По китайской традиции, всё записывали, называя «Чистые речи» - слова ни о чём, и низачем, предназначенные исчезнуть в небытии, как Ветер и Поток – ФэнЛю. Потому что изысканная экстравагантная бредятина кого же могла заинтересовать, кроме своих сочинителей? Тоже «брошенных в пространстве, обречённых умереть»?
По случайности семья состояла в вассальных отношениях к Лю Юю, который стал императором-узурпатором, наверно они вознеслись, а потом какие-то начались заварухи, и старший брат, великий поэт Се Лин-юнь (тоже кстати генерал) поднял мятеж, проиграл и в 433 году был казнён, как принято, со всей семьёй.
Была у нас вот эта замечательная книжка:
Бежин Леонид Евгеньевич. Под знаком «ветра и потока». Образ жизни художника в Китае 3-6 вв. М., Наука. 1982. 221 стр. 10000 экз.
Но я её подарила одному мальчику. И не жалею. Жалею мальчика.

А другой поэт, больше у нас известный, Тао Юань-мин, сохранил верность прежней династии, Цзинь, т.е. роду Сыма, отказался от должности, уехал в глубинку, и будучи беден, не в отшельники подался, а занялся крестьянским трудом и писал об этом прелестные трогательные стихи, заложив богатейшую традицию. Такой толстовец.
О том и другом, и о многих других, читать - не перечитать, в том числе на бумаге.