January 28th, 2013

china

История и жизнь

Изучаю историческую обстановку предшествующего периода. Действие должно начаться примерно в первой четверти V века. Читаю Гумилева Л.Н., и ничего в памяти не остаётся (это же не рондо Арамиса), кроме постоянного рефрена: «Хотя уже предшествующие (войны, набеги, мятежи, перевороты) отличались беспощадной жестокостью, однако последующие события… словом, данные полтора-два столетия быстро превзошли «нормальный уровень средневекового зверства».
Нам ведь много и не нужно: установить более-менее династию и выбрать племя кочевников для правдоподобного контакта. Увы, династии наполовину создавались теми же кочевниками. Ну, тут любимые Гумилевские рассуждения о столкновении цивилизаций, образовании химер. Он и китайцев уважает, но кочевников просто-таки любит, особенно Хунну! У них и родовая этика, и племенная аристократия. И наверно особая хуннская духовность. Потому что «если бы империя Хань развалилась на 200 лет раньше… если бы толковые китайцы не прикончили узурпатора Ван Мана вовремя, в степи оформилась бы хуннская цивилизация…» и выкристаллизовались (ну и словечко) «формы искусства, философии, законности и даже комфорта», и хунну сочинили бы свою Илиаду, свою 1001 ночь, а потом занялись бы историей и естествознанием. Правда, если так рассуждать, древние греки давно к этому времени изобрели бы паровоз, и «где пустыни степей ледяные», он бы уже и гудел.
Когда хунну добрались до Европы, их генофонд был напрочь испорчен уграми и сарматами (надеюсь, венгры не прочтут), они назывались гуннами, и так и слава им будет в будущем. А потом они как-то сразу, не сговариваясь, сгинули, от Кореи до Италии. Усталость этноса, что попишешь. А неделю назад в Новой Газете замечательный поэт Алексей Цветков, рассуждая о русской духовности, на вопрос, можно ли ожидать повторения того взлёта, который создал русскую литературу XIX века, грустно ответил: а Вы читали «Цветы для Элджернона?»