?

Log in

No account? Create an account
[sticky post]АРФА БРИТАНИИ, ФЛЕЙТА КИТАЯ
china
gern_babushka13
Приключенческий исторический роман в виде блога (оригинально, правда?)
Рассказ о событиях, которые произошли или вполне могли произойти в середине V века н.э., в грозную эпоху Переселения народов, когда рухнули три великих царства — Китайская империя, Римская империя и царство великих и ужасных гуннов, когда одни народы исчезли, словно и не были, а другие возникли и создали мир, в котором мы живем...

Аланы на переправе.jpg
Заканчивается действие битвой при Каталаунских полях, 451 год, Франция.
Главная сюжетная линия — любовь сына короля Артура и дочери китайской принцессы.
Среди героев — Мерлин и Фея-вопрошательница, Аттила и Аэций, Пещерный медведь и другие звери, герои-воители разных племен и народов, мудрецы и поэты, ханы и цари...
В отступлениях автор рассказывает о себе, о своих родственниках и знакомых, о погоде и обо всем вообще (как Пушкин в Евгении Онегине).

Часть первая. Оглавление. Книги 1 - 8, 25 января 2013 - 13 окт. 2015
Read more...Collapse )

Оглавление. Часть вторая
Книги 9 - 15 окт 2015 - июль 2017

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
Диатрима! Кошмар цветущих лесов, двуногий ужас ростом в два с половиной метра, весом в центнер! Мощные, пусть и не длинные, ноги с когтями, страшный клюв чуть не в полметра длиной...
Птица потопталась на месте, взмахнула зачатками крыльев (словно плечами пожала), напилась воды и неторопливо углубилась в чащу.
Художники-реконструкторы, конечно, по наводке палеонтологов, изображают этих птиц в эффектной позе, в броске, сналета-споворота схватившими чудовищным клювом беззащитную лошадку размером с кролика, но с признаками знатного рода: изящной головкой арабского жеребца, с плечом и лопаткой победителя дерби...

диатрима 2
Гурген Сарбазович еще раньше, до своего отчаянного поступка – помощи беглецам из детдома, при любом удобном случае заходил в музей палеонтологии. С одним из молодых сотрудников он почти подружился. Тот уже знал, что его интересует ранний эоцен.
- Мало мы знаем, - говорил тот. – Крупных хищников тогда или не было, или мы их не нашли. Вообще в очень теплом климате животным удобней оставаться мелкими, меньше сил уходит на терморегуляцию. Парнокопытные в основном, и не всегда по зубам скажешь, чем питались. От них все потом и произошли, и киты, и львы, и тигры, а пока они не очень специализированные. Растительность богатая, корни, плоды – можно пока обойтись без белковой пищи, массу наращивать ни к чему.
- А гигантские птицы?
- Птицы? Титанисы, диатримы? Считаются хищными. Тут в чем заковыка... Есть соображения, что не были они такие уж ловкие охотники. Клюв здоровенный – так у современных туканов относительно размеров тела еще больше, а едят фрукты и орехи. Вот еще попугай – тоже палец в рот не клади, прямо клещи – орехи колоть. Диатрима... недавно нашли отпечаток лапы, так у нее когти короткие. Посмотри на хищных птиц, на орлов: он же лапищами, когтями добычу ловит, клювом только добивает. Да у них и ноги короткие, у диатрим, не то что у страуса – он паровоз догонит, так он в степи живет, а эти в густом лесу с подлеском. Но посетители, школьники особенно, больше любят слушать про свирепых и кровожадных охотников, чем про гигантских индеек. Словом, дискуссия продолжается. А ели они, конечно, все подряд, как и страусы, плоды, корни, ящерка если попадется, гнездо с яйцами и птенцами не пропустят, само собой...
- А они сами как размножались?
- Есть теория...
Теория... Нет, я отсюда больше не уйду. В запасе три дня – или я их найду, или больше людям не покажусь.
Он останавливается. Люди – это физики, инженеры, создатели машины времени. Она принадлежит им. Им и памяти гениального Лордкипанидзе. Дауге и Юрковский имеют на нее право, даже если махнуть рукой на комитеты и секреты. А еще есть Зоя. Жених исчезает в день свадьбы – у Диккенса, и безумная старая невеста...
Вернусь в срок, расскажу ей, что хотел спасти ребят – и погубил, хотел ей счастья, хотел быть счастливым с ней, и...
Асланян поднимается на скалу, оглядывает сверху море древесных вершин, уходящее за горизонт. Совсем недалеко, где чаща редеет, кверху поднимается редкий дымок.

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
На берегу ребят не было. Не было их следов. В том месте, где они начинали подъем к убежищу, кроме своих больших следов он ничего не различил. И подарок, жестяной сундучок, стоял там, где он его поставил и придавил сверху камнем. Запретив себе думать, ученый поднимается наверх. Вот палатка. Все как было. Бывшие детдомовцы приучены все ставить или класть на место (а ценное прятать). Нет, вот: котелка и бутылки нет. Удочки — кажется, их было больше... и копья, стебли бамбука. Отсутствует кусок брезента. Жаль, он не обратил внимания прошлый раз — вчера. Да, только вчера...
Значит, мальчишки отправились в поход. Где-то ночевали. Может быть, вот-вот вернутся. А вдруг?...
Гурген Сарбазович пишет записку (типа «ушол щасвирнус»). С чего бы начать поиски? Очень беспокоят мангровые заросли. Могли ведь и пренебречь советом наставника. Если очень хочется?

Он спускается на пляж, проходит в «ворота», идет в сторону рощи. Вот тропинка, он сам показал им, к ловушке между корней. Ловушка цела, но не совсем, если продолжать пользоваться, надо подправить, заплести лианой, подоткнуть прутья. Скорее всего, ловушкой давно не пользовались. Умники. Надо слушаться старших. Вряд ли они пытались пробраться в неприглядное место где-то еще.
Обходя перевитую лианами рощу, профессор поднимается к обрыву. Проще было вернуться к палатке и от нее проверить уже проложенные маршруты — к ореховому дереву, хлебному, лотосам. В бамбуковую рощу. Они могли дойти в знакомое место, оглядеться и двинуться дальше, исследовать, нет ли там чего стоящего — да просто посмотреть, что там. А могли просто пойти, куда глаза глядят.

лианы 2
Здесь они были, отсюда смотрели на водопады. Разве не захочется мальчишкам подняться туда, откуда льются, разделяясь, кипящие струи, где начинается река, дальше сквозь мангровую рощу убегающая в море? Сам он когда-то поднимался, и дальше шел, к дальним горам. Но его никто не ждал к сроку. И он замирал, когда слышал поблизости шелест, непохожий на шелест ветра и дождя. Или среди спутанных ветвей мерещилась плотная масса, и она еще и двигалась...
Вот эти свисающие грозди цветов, похожие на грозди глициний — неужели это и есть Стронгилодон, «Нефритовая лоза»? Удивительно, удивительно...
Read more...Collapse )
Скорее всего, его там не могло быть, тем более тогда.
Один из ручьев, одна из струй водопада. Здесь хищники должны подкарауливать жертв. Да, да: вот она, страшная Диатрима... а вот зверек, похожий на... на кого же? Нет, птица смотрит не на него: по мнению ученых, главная добыча гигантской птицы — крошечные лошадки, эогиппусы, и вот один такой, дурачок, не видит...
Профессор нащупывает под ногами камешек и, размахнувшись, бросает в беднягу, да еще громко свистит вдогонку. Оба мелких зверька мгновенно исчезают... Птица выпрямляется и поводит головой на длинной шее с таким оскорбленным видом, что ботаник приникает к земле.

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
Лекция профессора Асланяна была блестяща и незапоминаема. Он пришел без заметок, и никто из слушателей не конспектировал; запомнилось только, что замечательно.

Когда мы говорим об опылении, начал ученый, мы подразумеваем обычно энтомофилию, опыление насекомыми. Именно эти скромные труженики выполняют перекрестное опыление, наиболее перспективное для получения здорового жизнестойкого потомства. Механизм опыления бывает иногда столь тонким и сложным, что, кажется, кто-то придумывал нарочно. И среди многообразных насекомых находятся умельцы! Потому что РАСТЕНИЯ заставили их приспособиться к своим нуждам, а иногда капризам, по теории Дарвина – путем отбора наиболее подходящих.
Мало того, растения, цветковые растения, нежные розы-мимозы, вывели в своих интересах целые роды и виды насекомых! Именно в эоцене, в эпоху нашествия цветковых, необычайно размножились насекомые. Над прекрасными цветами запорхали прекрасные бабочки...
Мы, думая о насекомых-опылителях, представляем себе труженицу-пчелу. Как уютно жужжит она над цветами, собирая для нас сладкий мед! А весной, когда еще снег не стаял, над мокрой холодной землей деловито кружит пушистый шмель, шмелиная матушка... (Здесь профессор загадал дарвиновскую загадку насчет старых дев и урожая семян клевера).
Самые ранние опыляемые растения, еще в меловом периоде, опылялись в основном жуками (магнолия). Явление цветочного опыления уже существовало в природе. Пчёлы полностью специализировались на опылении и стали гораздо более эффективными опылителями, чем жуки, мухи, бабочки и другие насекомые. Полагают, что появление таких цветочных специалистов привело к адаптивной радиации (адаптации к систематическим нерезким однонаправленным изменениям условий окружающей среды) как цветковых растений, так и самих пчёл. Но предками терпеливых пчёл были хищные осы из семейства Песочные осы! Хищники поедали насекомых-опылителей (тех же мух), обсыпанных пыльцой. И вошли во вкус...

Чтобы не только привлечь к себе, но и прокормить целую армию опылителей, среди которых, кстати, есть и птицы, и летучие мыши, многие растения, бобовые в частности, накрывают роскошный стол: широкие плоские кроны акаций и родственных им родов сплошь покрываются крупными, яркими цветами, часто очень душистыми... Эритрину в некоторых местах называют cry-baby, плачущий ребенок – она просто истекает сладким нектаром...

альбиция серповидная
Мимоза – вы ее видели весной и снова скоро увидите – сплошь ощетинивается шаровидными соцветиями, состоящими как будто из одних жестких тычинок, густо напудренных пыльцой, как например еще Альбиция серповидная; на них набрасываются мухи, бабочки, осы, шмели, мелкие птицы, летучие мыши.

Не надо жалеть ученого ботаника и его студентов, которые лишены возможности видеть эту роскошь на изумительных цветных фотографиях! (Кстати, тогда и фотографии такой не было). Искусство научной и научно-популярной прозы стояло так высоко, и воображение человека было так настроено на словесный образ, что дневники путешественников становились любимым чтением.(Мы, к сожалению, опускаем самое поэтичное и захватывающее: устройство того или другого цветка и взаимодействие с насекомым, соблазн, обман и награду...) И, право же, слушатели замерли в экстазе... откуда им знать, что уже сейчас в коммуналках, в заводских поселках рождаются те, кто пройдется по улицам, осененным ветвями делоникса, цезальпинии, аденантеры...

[reposted post](no subject)
iren_viardo
reposted by gern_babushka13
натыкаюсь на очередную сверхценную инициативу наших избранников и вспоминаю свое советское прошлое.
Где-то в середине 70х, когда пышным цветом раскрылась Гражданская оборона, некоему функционеру системы пришла в голову мысль об ужасной опасности- "когда вдарит бомба" (так говорил наш начальник штаба подполковник Полигенько) будет отключено электричество, а все швейные предприятия работают на электромашинках! Но обязанности выполнять план по изготовлению армейского оборудования отменить невозможно! Следовательно, на всех предприятих швейной отрасли Казахстана все швейные машины необходимо оборудовать дополнительным ножным приводом!
Наверное, у его жены была "Веритас"- ножная и с моторчиком.
Инициатива в писменном виде направляется в ЦК Республики. Оттуда спускается в Совмин, где министру легкой промышленности поручается подготовить ответ и предложения.Вагиз Галимович Ибрагимов (наш министр), вернее производственный отдел от его имени, рассылает распоряжения всем 18 подведомственным швейным предприятиям - подготовить предложения. В том числе и Дому Моделей. Помню, при получении сего указания мы с директором Арустамовым были вдвоем. Многократно пожав плечами, шеф направил для указ подготовки ответа главному механику и главному технологу, которые , к сожалению , были люди малограмотные. Я подсказала выход - Дом Моделей не задействован а исполнении госзаказа, т.е. нам не пришлось разъяснять этот бред с точки зрения устройства современного оборудования. Как выкручивались коллеги не знаю. Но больше вопрос не возникал.

БОТАНИКА
china
gern_babushka13
В свой заколдованный город Асланян возвращался, как на крыльях. Раз уже начал вести себя, как мальчишка – стену перелезал в другом месте. Не одно старое дерево рухнуло в нужном направлении. По пути через кладбище железных изделий прихватил пару полезных вещей – еще один герметичный приборный ящичек и большой кусок сетки из какого-то синтетического волокна, невероятно прочной и легкой, с ячейками как раз подходящей величины. Сетку сложил и убрал в ящик. Много стоящего присмотрел. Но больше всего хотел он небольшой топорик или длинный тяжелый нож вроде мачете, рубить бамбук. В «кабинет» вернулся уже в сумерках.
Проведать, что ли, мальчишек? Могут быть на берегу. Туда и обратно...
На берегу ребят не было. Гурген Сарбазович оставил подарок в условленном месте, написал записку, спрятал в сундучок, повернулся к аппарату – и ноги сами понесли его вверх, по тропе, к палатке. Только посмотрю, как они там, уговаривал себя. Но уже чувствовал...
Там их не было. Он ждал. Взошла луна. Завтра лекция на первой паре. Или бросить все и остаться здесь, насовсем... Или.

Он вернулся, вышел, запер дверь, предъявил пропуск часовому, уехал домой на последнем автобусе. И вспоминал:
- Зоя, мне так хочется ухаживать за вами, как положено, приглашать вас в кино, дарить букеты...
- Гурген Сарбазович! Расскажите мне про самый красивый в мире цветок. Это будет приятнее всякого букета.
И лукаво, пряча смех: бобовый, конечно...
Самый красивый цветок из бобовых... Не так-то просто. Впору устраивать конкурс красоты: «Делоникс королевский»? «Эритрина» - коралловое дерево? «Стронгилодон»?
Может быть, она была в Крыму, видела глицинию – тогда про стронгилодон рассказать легче...

Невозможно думать.

Как читать лекцию завтра? Надо взять себя в руки.
Заснуть невозможно все равно. Профессор начинает чинить одежду – штопать носки, пришивать пуговицы к манжетам рубашки. Самое сложное – воротник и манжеты. Совершенно обтрепаны по краям, не скроешь. Когда-то он вырезал квадрат из спины, шил новые детали, а сзади вставлял кусок любой материи, что только есть под рукой, хоть старое полотенце. Но это творческая работа. Лучше сосредоточиться на штопке.
Завтра лекция про опыление растений; про это можно говорить часами.
делоникс королевский
Пусть все-таки будет Делоникс.
Делоникс Королевский считается одним из красивейших деревьев нашей планеты. Алое дерево украшает сады странах с тропическим климатом. А у себя на родине, на Мадагаскаре, он практически исчез: дерево имеет широкую раскидистую крону, в тени которой не хотят жить другие растения, а потому его активно уничтожают местные жители, чтобы сажать свой рапс или ямс...
Его называют Пламенеющее или Огненное дерево, Красное пламя, индейцы называют Цветком Павлина, бенгальцы – Короной Кришны, вьетнамцы – Хвостом Феникса.
Ветви «Красного пламени» расположены так, что придают дереву форму зонта. На них находится огромное количество веток с крупными, напоминающими папоротник зелёными листьями. Сам лист состоит из 20-40 пар более мелких листов, каждый из которых также делится на 10-20 пар листочков овальной формы (на ночь эти листы складываются)...
Ну я им завтра начитаю. А потом сразу туда.

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
Из чащи за железной дорогой – заброшенной веткой, которая не так давно поддерживала связь конструкторского бюро с городом и миром – доносится странный протяжный стон... длится... умолк... повторяется...
Профессор Асланян без всяких затруднений спускается по стволу и с кочки на кочку выбирается на сухое место. Что там случилось?! С кем?
Но, прежде чем выйти на рельсы, вспоминает: лоси же! Гон! Об этом и говорили же, только он раньше не слышал этого мучительного звука. Да, страсть-страданье...
До вечера можно дойти до трамвайной остановки и вернуться. Он вынужден вернуться в лабораторию, загородить лаз, потом выйти из единственной двери на глазах часового, тщательно запереть замок, попрощаться с Федором (предъявив пропуск! Бдительность прежде всего!), выйти на Ярославское шоссе, ждать автобуса. На биостанцию, пожалуй, будет поздно. Но раз так получилось, раз он на этой стороне...


Вот и бедный страдалец. Простонал – и оглядывается: не бежит ли кто? Дожидайся, как же. Говорят, в эту пору лоси опасны, и лосихи тоже. Лучше по шпалам пройти подальше, а там должна же быть тропка к просеке.
Тропка находится, но не сразу. Просека заброшена, но вполне проходима. По ней на восток... почва пружинит под ногами. Осенняя свежесть... В лабораторию Асланян надевает костюм похуже, в новом (относительно, из комиссионки) читает лекции. На биостанции на нем то один, то другой. Кого сейчас удивят слегка протертые локти и растянутые коленки? У старика-то? Да и кто его тут увидит?
Вдруг сам он видит впереди человека. Женщину. Молодую. Как грациозно перешагнула через поваленный ствол. Не поздно еще остановиться, подождать немного и ретироваться к рельсам и стене... потому что это...


- Зоя! Зоя Викторовна! – окликает профессор. Женщина оглядывается, останавливается, поджидает его.
- Как вы здесь оказались? – спрашивают одновременно.
- Сотрудницу иду проведать, - улыбается Зоя. – С работы отпустили раньше. Она заболела. Там живет, в Метрогородке у Черкизовского завода. Комнату там снимает.
- Я провожу вас, можно?
Они идут вместе.
- Стыдно рассказывать, почему я здесь, - говорит ученый. – Озорство. Играл в Тома Сойера, наверно. Проверял, можно ли оттуда сбежать в случае чего. Вы уж меня не выдавайте. Вернусь тем же путем и выйду законно, через пост.
- Зачем же вы тогда со мной...
- О, спешить некуда.
Идут вместе. Дорога не такая, чтобы взять даму под руку, но можно время от времени помочь обойти лужу или перелезть через корягу. Идут и молчат.
- Зоя, - говорит он неожиданно, глядя перед собой, - если у вас нет кого-то... может быть, вы захотите стать моей женой?
Она резко останавливается, смотрит на него снизу вверх. Кажется, она немного побледнела.
- Простите меня, - говорит он, - это очень серьезно. Я... я не знаю. Это не из-за мальчишек... просто я тогда не знал бы, что вы самая лучшая в мире. У меня вообще-то ничего нет. И я, наверно, никого никогда...
- Гурген Сарбазович, - говорит молодая женщина. – Я давно вас люблю.

год Кабана
батыр
gern_babushka13
Праздник Фонарей близится к завершению (раньше китайские френды такие картинки выкладывали, эх...), послезавтра полнолуние. Самое время поместить второй листок календаря.

ФЕВРАЛЬ - АКПАН

И стиль его тонкий всю ночь напролёт
Аттической строгостью дышит.
Прочтёт, улыбнётся, и снова прочтёт,
И снова всё пишет и пишет.

Теперь Аристотелю: «Радуйся, муж,
Ум вечно к познанью стремящий,
Средь белых колонн и оливковых кущ
Увенчанный славою вящей!

Учитель бесценный! О, сколь ты блажен,
Пылающий страстью вседневной
Отдать себя истине сладостной в плен,
Как в руки прелестной царевны,

С любимой вступить в неразрывный союз…
(Прости, кто про что, кто о бане:
Ты слышал, я здесь, между делом, женюсь
На местной девице, Роксане.

Конечно, пустяк, но сказалось само).
Вчера поскакал на охоту.
Вдруг этакий персик вручает письмо
От Дария. Третье по счёту.

«Царю, прославляему ныне от всех,
Но в сквернах погрязшу обильных!
- Он мне, представляешь? – Каких ради грех
Побил еси добрых и сильных?»

Подобного текста – страниц эдак пять.
Намеков полно неприличных
Сам знаешь на что. Мне мечей не ковать,
Не мазать осей колесничных.

Коней не кормить. – Македонцы, за мной! –
Так прямо с охоты, как были,
Сожгли Персеполь, завладели страной
И сколько-то баб пощадили.

Теперь мы покамест в Иране.
До встречи.
Твой искренне
Саня".

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
Кажется, теперь можно в чем-то разобраться с помощью двух карт. Профессор Асланян рассчитывает выбраться на Бумажную просеку, чтобы по ней идти на Открытое шоссе к трамваю №7, который когда-то, как говорили, «шёл по экватору», и мог довезти куда угодно, только не очень быстро. Карта справа показывает безымянную В/Ч, которую огибает одноколейный путь, еще не так давно он действовал, но мы поленились хоть раз дойти до конца, до загадочной В/Ч. Где все-таки была Биостанция? Ну ладно. Недалеко где-то.

Но прежде ученому надо проложить путь в лабиринте внутренних дворов, цехов и складов. Некоторые, кажется, только и ожидают инженеров с горящими глазами, другие похожи на склад металлолома. Иные пусты, в иных стоит лужа и квакают лягушки. В узких дворах слабенькие деревца взломали бетон и готовы стойко дожидаться новой весны. Помещения, которые видит профессор Асланян, не могли быть в таком состоянии, но других фото нет.


Если бы можно было... если бы можно было заявить о величайшем открытии, о сотворении мечты фантастов – машины времени! Какая очередь из палеонтологов всего мира выстроилась бы на Открытом шоссе в ожидании спец-автобуса. Исследовать ее всерьез, научиться направлять в нужный момент... Нет! Только не это! Пусть погибнет великое знание, великая идея, и все кто знает о ней, включая и меня – только не допустить военных!
Мечта когда-нб расконсервировать проект безумна. Мечта, что Королев с его огромным авторитетом сможет расширить допуск в лабораторию, чтобы под видом каких-то мероприятий вывести ребят – безумие и преступление. Нельзя подставлять Королева, друзей Дауге и Юрковского. Каждый их разговор, каждую бумажку изучают и перепроверяют хищные глаза тайных и явных параноиков. То, что было, может повториться в один миг.
Зачем сложно, когда можно просто? Найти выход с территории, вывести мальчишек в современную действительность, спрятать, придумать им легенду, явить миру. Легализовать, и пусть живут, как смогут, как получится, свет не без добрых людей.

Асланян решается наконец выйти наверх, на крышу самой большой постройки. Отсюда он видит ограждающую стену и лес за ней. Один из домиков примыкает к стене. Поверх стены колючая проволока, возможно под током. Там же может быть сигнализация. Если найти где-нб поближе оставленные доски, можно положить их поверх колючки, пройти по ним и спрыгнуть на ту сторону. Подготовить заранее...
Гурген Сарбазович идет разыскивать пиломатериалы. Должны же они быть; в таком быстро растущем учреждении всегда что-то достраивается, перестраивается, выгораживается. Может, он видел склад, но не обратил внимания?
Кажется, можно обойтись без склада и без досок. В очередном дворике, куда он заходит, через стену свешиваются ветки могучей осины. Дерево упало, должно быть, совсем недавно, после того, как искали беглецов и все проверили. Листья желтеют, как на соседних деревьях...
Нет, надо проверить все до конца. Мальчишки взберутся, как белки; но и он, ботаник, неплохой альпинист. Иначе какой бы он был ученый-натуралист? Вспомним зануду-Саммерли в «Затерянном мире» - он был опытным альпинистом. Вот, пожалуйста: он наверху, смотрит на болото, из которого недавно порыв ветра выдрал дерево с корнем и бросил на стену. В таком сыром лесу дело обычное. Надо вернуться, проверить маршрут, запомнить, кое-где что-то подправить. К тому времени, как он уговорит ребят и подготовит что можно к их возвращению, осину могут и убрать. Ничего, найдется другая осина. Можно идти назад...

БОТАНИКА
ботаник
gern_babushka13
Неразрешимая задача – это хорошо. Горячит кровь. Это как игра. Гурген Сарбазович играет, что он аббат Фариа. Требуется вызволить узника замка Иф. Двух узников: большого и маленького. Единственный выход из темницы – небольшая железная дверь. У аббата есть ключ от этой двери, но дверь под постоянным бдительным наблюдением стража. Напоить Васю или Федю сонным зельем не удастся: часовым категорически запрещено брать что-либо от посторонних, даже папиросу. Что же, рыть подземный ход? В бетоне?

Какой интересный сайт нашелся, про наши места, Белокаменную, про загадочные воинские части, одноколейные ветки никуда, склады и поселки! Люди изучали 12 лет назад места, в которых мы бродили и тогда, и раньше, и позже! Фото иногда просто совпадают. Но мы видели дачные домики, от которых им остались пара заборов. Тогда там еще жили. Яблони были, малинники... Заброшенные склады и сейчас такие, только больше разрисованы.

Профессор представляет себе помещение бывшего склада. Его теперешний кабинет с якобы бездействующим аппаратом, агрегатом или называйте как угодно, примыкает к нескольким кабинетам, лабораториям и цехам все в том же комплексе заброшенных складов. Они пустуют или забиты оставленными орудиями и средствами производства. Большинство помещений соединяются между собой последовательно, параллельно, или так и так, одноэтажные, но не все. Очевидно, из «его лаборатории» есть вход в цеха – не через узкую же дверь со двора доставляли компоненты машины времени? Надо пробраться сквозь лабиринт к тыльной стороне, выходящей в лес... говорят, она давно не охраняется. Обойти, проверить еще раз. Когда-то весь комплекс обнесли колючей проволокой и провели сигнализацию, когда искали мальчишек, все обновили и укрепили..
В одной стене дверь. В пустой стене под углом к двери – крохотное отверстие под бетонной плитой - потолком. Можно, например, просунуть руку с платком и призывать на помощь. Здесь однажды ласточка свила гнездо.
Две, в том числе противоположная, заняты стеллажами и заставлены электрическими батареями, схемами ламповых приемников, часто гигантского размера, листами меди и цинка, контейнерами из-под редких и радиоактивных металлов, газовыми баллонами из-под аргона, вакуумными насосами, трубами, трубками и мотками проволоки всех мыслимых сечений... по ту сторону стены, видимо, то же самое, но калибром побольше.

Ученый исследует стеллажи напротив двери и сразу обнаруживает за средним, самым широким, безобразную стенку из горбылей с набитой кое-где фанерой. Освобождает нижние полки примерно до уровня груди. Отыскивает клещи, молоток, отрывает кусок фанеры, осторожно светит в темную дыру фонариком, убавив свет.
Фонарик оказался не нужен. Где-то там были окна. Профессор пролез между железными стойками и полками вперед ногами, зажмурившись, втянул плечи и голову, и открыл глаза...
Давно ли – совсем недавно, здесь кипела мысль, бились сердца, здесь готовили покорение космоса?...